Раздражает мой ребенок 6 лет

Дети могут привносить в жизнь родителей хаос и менять их планы. Случается и так, что раздражение на их поведение доводит нас до криков и бесконечных наказаний, которые не очень-то и помогают решить конфликт. К сожалению, без выявления истинных причин родительского раздражения мы рискуем нашими отношениями с детьми, можем зациклиться на своем недовольстве и постоянно срываться на ребенке.

Надо признать, что в большинстве случаев мы раздражаемся на детей, потому что они ведут себя как дети. А детям свойственно шуметь, требовать внимания и проявлять любопытство.

Как же быть, если вы устали кричать на своего ребенка, но он так и не прислушивается к вашим просьбам?

Время признать: меня раздражает мой ребенок

Еще полтора года назад мои отношения с семилетней Кирой не ладились. Она постоянно капризничала, орала, ныла и вечно была всем недовольна. Я же постоянно на нее срывалась. К тому же, когда Кире было шесть, родилась маленькая Лида, и стало совсем туго: ревность разрывала старшую на части, и она стала невыносима. Однажды она демонстративно написала на диван в гостиной, потому что я, уставшая, отказалась играть с ней и уснула. Нам было непросто, и настало время признать: меня постоянно раздражает мой ребенок.

Все, что я чувствую по отношению к ней, – это усталость и злость. Нормально это? Нет. Хочу ли я, чтобы так продолжалось и дальше? Нет. Нужно было что-то делать. И я начала читать книжки по детской психологии. Сначала было сумбурно: как это можно «активно слушать», когда хочется «придушить»? Что значит «мягко ставьте границы», когда ребенок орет и не слушает? Но постепенно все в голове стало проясняться. За полтора года я прочла около четырех десятков книг по детско-родительской психологии, потратила много часов на психотерапию и размышления и поняла вот что: с ребенком делать вообще ничего не надо. Что-либо делать нужно только с собой. Как только ты сам начинаешь разбираться с собственными детскими обидами, недовольством и виноватостью, тут же и ребенок твой из капризного чужака превращается в веселого и счастливого близкого человека. А ты вдруг по-настоящему начинаешь ощущать не раздражение, а сочувствие, когда ребенок плачет из-за пятой конфеты, которую ему не купили. Дошла я до этого постепенно, просто читая и анализируя прочитанное, свои эмоции, свое поведение и свои воспоминания. И теперь очень хочу этим опытом поделиться.

В самом начале, еще толком не понимая, как именно нужно действовать, я решила начать с самого очевидного: разобраться с постоянным раздражением. Ты повторил уже пятнадцать раз, а ребенок тебя словно не слышит. Он орет, потому что ему дали тарелку не того цвета. Старший нарочно выхватывает игрушку у брата или сестры, малыш рыдает. Ребенок поет одну и ту же песню заунывным голосом уже полчаса. Кричит «я сам», и немедленно разбивает тарелку с кашей об пол. Все это — нормальные истории из детской жизни, и именно они могут вызывать дичайшее раздражение, злость и досаду. У меня этой досады было хоть отбавляй, в иные дни я орала постоянно. С самого утра, будя Киру в школу, я начинала ворчать, нудеть и критиковать. И с этим нужно было что-то делать. Мой метод был таков: ощущая прилив раздражения, я, прежде чем начать орать, пыталась понять, почему я его в данный момент почувствовала. Выяснились пять основных причин, причем ни одна из них отношения к личности ребенка напрямую не имела.

1. Я плохо объясняю, и ребенок не может меня понять.

Пример. Меня страшно раздражало, что Кира после чистки зубов так сильно сплевывает пасту, что постоянно забрызгивает зеркало в ванной. Мелочь? Ну да, но меня это доводило просто до тряски. Я каждый день утром и вечером орала: «Сколько можно! Опять свинство! Я же сто раз уже сказала, что нужно быть аккуратнее!»

Решение. Если из раза в раз ты повторяешь человеку одно и то же, но изменений не возникает, вероятно, проблема в том, как именно ты это объясняешь. В одно утро я начала чистить зубы одновременно с Кирой, но прежде чем прополоскать рот, спросила: “Хочешь, я покажу, как плюет настоящий профессионал?” Прицелившись, я аккуратно плюнула в самый центр раковины и сказала: «Давай, ты тоже можешь стать профи!» Она радостно повторила, и все вышло отлично и аккуратно. Теперь после чистки зубов мне нужно лишь сказать: «А теперь — профессионал!». Мы обе смеемся, зеркало чистое, настроение хорошее.

2. Я устала/плохо себя чувствую.

Пример. Днем я забираю из сада младшую, потом иду за старшей, и к подъезду подхожу после полуторачасового непрерывного пешего хода, нагруженная коляской, рюкзаком и пакетами из супермаркета. Кира без умолку болтает, лезет под ноги и виснет на коляске. Обычно я зверела и перед самым заходом в подъезд срывалась на нее. Она рыдала, обед проходил напряженно.

Решение. На подходе к подъезду я говорю: «Малыш, давай ты сейчас помолчишь и быстро поднимешься к квартире, а я втащу коляску, и дома мы продолжим играть в слова. Я немного устала и могу злиться: не на тебя, а на ситуацию». Она спокойно принимает этот маленький тайм-аут, я получаю свои две минуты тишины в момент усталости. Теперь, даже если мое раздражение все же вырывается наружу, Кира сразу спрашивает: «Мама, ты злишься на меня или на ситуацию?» Я отвечаю: «На ситуацию, малыш, извини, с тобой все в порядке».

3. Я злюсь на саму себя.

Пример. Выходной день, дети спокойно играют, я переписываюсь в фейсбуке с заказчиком. Он внезапно, сию минуту, когда у меня нет никакой возможности сесть за компьютер, требует внести правки в текст. Я начинаю злиться на себя: за то, что написала неидеальный текст, за то, что не сумела выстроить с заказчиком отношения так, чтоб он не дергал меня среди выходного дня. Я погружаюсь в саможаление и саморугание. И тут Кира говорит: «Мам, хочу яблоко». И получает в ответ: «Ты же только что ела! Сколько можно! Почему тебе все время нужно меня дергать?»

Решение. Почувствовав, что настроение падает, а рядом дети, я убеждаю себя: моя обида не имеет никакого отношения к детям. Вот прямо проговариваю в голове: «Ты расстроена из-за переписки с заказчиком, тебе обидно, что твой текст не приняли с первого раза, ты злишься, что у тебя нет достаточной уверенности в себе, чтобы сообщить ему, что в данный момент сесть за работу тебе неудобно, ты чувствуешь себя виноватой перед ним и злой на него. Это очень обидно, но дети тут ни при чем». Если мне сложно быстро прийти в себя, я говорю вслух: «Малыш, у меня тут небольшие проблемы по работе, пожалуйста, дай мне 10 минут, и после этого я опять смогу с тобой быть». Говорю это еще даже до того, как дети что-то захотели, чтобы дать им понять, что у мамы напряженный момент. Беру тайм-аут, выпиваю чашку кофе и снова могу быть в строю.

4. Я злюсь на собственные детские воспоминания.

Пример. С тех пор как Кира в пять лет решила отрастить длинные волосы, каждое утро мы скандалили. Я пыталась расчесать эту паклю, она ужасно орала. В конце концов, я выходила из себя, кричала: «Тогда причесывайся сама!» Она начинала плакать. В какой-то момент я решила написать об этом в мамской группе Фейсбука. Я хотела моральной поддержки, мне стало бы легче, если бы все написали, мол, да, меня тоже бесит причесывание! Но нет, почти никто так не написал. И тогда я подумала: видимо, у меня лично есть какая-то проблема с этим. И вспомнила. В детстве у меня была толстая коса до попы. Каждый раз мама так сильно дергала меня за волосы во время причесывания, что я начинала плакать, она кричала на меня, и это продолжалось каждое утро. Причесывание в моем детстве было пыткой. И именно это ощущение я перенесла на свою дочь, воспроизведя эпизод из прошлого.

Решение. Тут все выровнялось само собой. Как только я осознала, в чем корень проблемы, мое отношение к ней изменилось. Я вспомнила себя маленькую, свои ощущения, эмоции, боль и слезы, и вместо раздражения начала ощущать искреннее сочувствие. И к себе маленькой, и к своей дочери. В целом Кира не стала терпеливее, она все так же ноет — как бы бережно я ни старалась распутывать колтуны. Но ее возражения перестали меня раздражать. Теперь я не ору, а, наоборот, пытаюсь шутить, и за разговорами причесывание проходит проще и быстрее.

5. Я злюсь на кого-то из близких.

Пример. Утро, сборы в школу и в сад, младшая размазала по столу кашу, старшая еще в пижаме, хотя через 15 минут нам выходить. Муж накануне до четырех утра смотрел сериалы и теперь никак не может проснуться. Младшая, вся в каше, хочет сидеть только у меня на руках, я беру ее и одновременно пытаюсь причесать старшую, младшая хватает старшую за волосы, та орет, наступает апокалипсис. Я безумно зла на мужа: если бы он мог проснуться и взять на себя одну из девочек, мне было бы легче, но он спит! В итоге я срываюсь на детей.

Решение. Чувствуя, что раздражение возрастает, я, как и в предыдущих ситуациях, быстро определяю, на что же именно я злюсь, и направляю свой гнев на объект, его вызвавший. Детский сумбур с утра — это нормально, и повода ругать детей здесь нет! Зато есть повод обсудить с мужем проблему утренних сборов и поделить обязанности. Если такая ситуация повторяется из раза в раз, он спокойно спит, пока жена в панике с орущими детьми мечется по квартире, возможно, проблема во взаимоотношениях с мужем, а дети тут опять же ни при чем.

Польза подобного анализа ситуации еще и в том, что не только взрослый учится лучше понимать себя и свои эмоции, находить проблемные места. Дети, глядя на реакцию родителей, тоже начинают прислушиваться к себе. Вечером на днях девочки играли в детской, вдруг крик, шум, рев: младшая схватила игрушки старшей, старшая их отобрала и зло накричала. Я уже хотела идти на помощь, но вдруг слышу, Кира говорит сестре: «Лида, извини меня, пожалуйста, за то, что я на тебя накричала. Я тебя люблю, но я очень зла, что ты сломала мой домик для пони. Мне неприятно и обидно».

Я в соседней комнате — натурально — расплакалась от гордости и умиления.

Автор Ольга Уткина