Ребенок все отрицает в 9 лет
Ребенок 9 лет не слушается что делать: советы психолога
Родители часто жалуются на то, что ребенок 9 лет не слушается, не желая признавать того, что в первую очередь это ошибка их самих. Дети могут вести себя капризно и в 2 года, и в 6 лет, и в 9, но для каждого возраста существуют свои причины, а разобраться в них нужно в кругу своей семьи. Именно родители, как самые любящие и понимающие для ребенка люди, должны помочь ему преодолеть этот барьер и избавиться от своего непослушания. Но не у всех хватает знаний и терпения, поэтому такие семьи часто становятся пациентами у психолога. В этом нет ничего страшного. Более того, именно специалист поможет быстрее и правильнее разобраться в сложной ситуации.
С непослушанием нужно бороться
Если малыш не слушает родителей в 2-3 года, это явление считается вполне нормальным. Возраст допускает такое поведение, но его нужно начинать постепенно корректировать, иначе позже будет тяжело всем.
Родители иногда не понимают, что непослушные дети сильно страдают. Это особенно касается тех, для кого такое поведение является методом выражения протеста. Эти дети после очередной неприятной ситуации будут находиться в сильном стрессе, а целая череда ссор вгоняет их в депрессию. В возрасте 9-10 лет это может оставить сильную психологическую травму, которая после перерастает в сильнейшую психологическую травму, что обязательно скажется на дельнейшей жизни человека.
Поэтому нужно обязательно искать пути решения, а их может быть очень много. Но главное — это определить суть проблемы. Причин, из-за которых ребенок может вести себя непослушно, игнорировать просьбы, избегать общения и просто закатывать истерики, существует огромное количество. Для каждой ситуации имеется свой метод решения проблемы.
Стиль воспитания
Все дети по-разному реагируют на те или иные психологические ситуации. И очень многое зависит не от характера, а от приобретенных навыков, которые передаются через стиль воспитания.
Родители могут предъявлять своему чаду различные требования. У кого-то в семье они и вовсе отсутствуют. Но результат воспитания иногда может сильно удивить, когда в определенный момент взрослые начнут замечать, что их девятилетний ребенок стал просто неконтролируемым.
Часто с проблемой непослушания сталкиваются семьи, в которых используется авторитарный стиль воспитания. В основном к такому способу прибегают отцы, но в последнее время психологи часто сталкиваются и с чрезмерным материнским авторитетом в жизни ребенка. При этом происходит слишком сильное давление на неокрепшую детскую психику. Ребенка не воспитывают, а дрессируют. При этом он становится не послушным, а подавленным, без возможности проявлять свою волю. Но однажды такой прессинг все же должен найти выход. И это может выражаться в виде непослушания, истерик, а чаще всего простого игнорирования членов своей семьи.
Значительно проще воспитывать свое чадо в демократичном стиле. Это значит, что все вопросы в семье, которые касаются поведения, обучения и иных важных для ребенка моментов, будут связаны не с приказами, а с совещанием. Вот прекрасный метод для налаживания отношений с любым человеком, в любом возрасте. Однако некоторые родители тут дают слабину, что выходит в виде непослушания в будущем. Некоторые дети слишком открыто пользуются хорошим отношением к ним, считая это вседозволенностью. Но исправить такую ситуацию будет достаточно просто, ведь с ребенком, который растет в демократичной среде, всегда можно договориться. Он не будет замыкаться в себе, как те дети, которые воспитывались родителями-авторитетами.
Третий стиль воспитания, который специалисты выделяют в отдельную категорию, носит называние смешанного. Это достаточно спорная ситуация, которая может быть либо идеальным решением, либо полным провалом. В данном случае родители ведут себя вполне демократично, всегда во всем советуются со своим чадом, но при нарушении правил начинают действовать жестко. В таком случае ребенок либо подстраивается под ситуацию и старается всегда вести себя хорошо, либо испытывает судьбу и живет только от одной порки до другой.
Причины непослушания
Для каждого возраста существуют свои нормы поведения. Но это вовсе не говорит о том, что ребенку с ранних лет нужно позволять все только по причине того, что он еще слишком мал. Объяснять правила нужно сразу. В этом случае к 9 годам родителям не придется бороться с капризами своего драгоценного чада.
Что касается воспитания в более старшем возрасте, то есть около 9-10 лет, то тут все сложно. Многое зависит от модели поведения родителей, которая была использована ранее. Семьи, где использовался авторитарный стиль, должны несколько пересмотреть свое отношение к воспитанию. Если дошкольник еще сможет смириться с тем, что ему постоянно что-то приказывают, то уже к третьему классу ребенок может перестать терпеть такое отношение к себе. Приказной тон лучше сменить на обсуждение либо просьбу. Нет ничего страшного в том, что родитель что-либо попросит у своего чада. Не нужно бояться, что авторитет при этом упадет до нуля, не исключено, что он даже возрастет в глазах ребенка. В свою очередь грубый тон и приказы неприятны всем, даже тем, кто к такому обращению привык с детства.
Родители, которые так воспитывают своих детей, должны быть готовыми к тому, что однажды чаша терпения будет переполнена и тогда это обязательно выльется в массу неприятностей, а в первую очередь в капризность. Начать выражать свой протест ребенок может уже в 9 лет, но в подростковом возрасте ситуация может стать критичной.
Еще одной проблемой является игнорирование просьб и потребностей ребенка. Это очень важный момент. Когда родители не слышат свое чадо либо намеренно игнорируют его желания, считая, что лучше знают, что нужно ребенку сейчас, начинает формироваться ощущение ненужности. Одной из форм выражения подобного состояния обязательно станет капризность. В школьном возрасте такие ситуации очень опасны. Жизнь ребенка может быть достаточно сложной из-за нагрузок в учебе, подготовки к переходному возрасту. Если к этому прибавится еще и ощущение того, что даже родители его не любят, это может стать очень серьезной травмой.
Нельзя не рассмотреть и очень типичную ситуацию, когда в семье разрешается все с ранних лет. Для ребенка нет преград ни в общении, ни в действиях. Такие дети будут очень общительными и активными, но неуправляемыми. Когда ребенок находится в определенном возрасте, должны быть люди и нормы поведения, которые могли бы на него повлиять. В противном случае ситуация может выйти из-под контроля и стать критичной. Такие дети, для которых не существовало ограничений и законов в семье, в будущем могут стать преступниками, так как для них не будут важны и общепринятые правила.
Родители, которые во всем потакают своему малышу, лишь бы тот был счастлив, рискуют столкнуться с тем, что их 9-годовалый ребенок вырастет настоящим манипулятором. В таком случае любой отказ от требований ребенка будет выражаться в виде непослушания и истерик.
Все это говорит о том, что основные причины детского непослушания зависят именно от родителей. Не нужно выпускать ситуацию из-под контроля еще в раннем возрасте, тогда не придется переживать из-за капризности малыша к 10 годам. Если же избежать проблем не удалось, нужно научиться бороться с капризами, но делать это правильно. Не стоит забывать о том, что не за горами и самый сложный период, а именно переходный возраст. Если до этого времени родители не наладят со своим чадом нормальный контакт, придется решать гораздо большие проблемы.
Как побороть непослушание?
Если для ребенка к 9 годам стало нормой плохое поведение, грубые разговоры с родителями, учителями и просто взрослыми на улице, нужно подробно разобраться в проблеме. Для начала стоит обратить внимание на собственную модель поведения. Дети во всем берут пример со взрослых. Поэтому очень важно самим вести себя правильно. Без выполнения этого пункта не стоит рассчитывать на успех. Если дети видят, что родители постоянно ссорятся, грубо разговаривают между собой и негативно относятся к окружающим, стоит ждать того, что со стороны ребенка это обязательно проявится в виде капризности и непослушания.
Если родители привыкли к авторитарному стилю, необходимо внести некоторые коррективы в общение, поскольку 9-10 лет — это уже достаточно большой возраст. Ребенок не будет просто терпеть приказы, ему нужно уважение, а особенно со стороны родителей. Если он будет постоянно слышать только указания, может возникнуть протест. Поэтому взрослым необходимо объяснять свои слова так, чтобы это выглядело не как приказ, а как рекомендация. К примеру, можно заменить фразу: «Немедленно убери в своей комнате» на: «Сделай, пожалуйста, уборку, чтобы в комнате стало просторнее и удобнее».
Если родители постоянно говорят, но не слышат ответа своего чада, это очень плохо. Ребенок может не найти другого способа донести свои слова взрослым и просто начнет капризничать. Решение вопроса кроется в обычном диалоге.
Большинство причин непослушания и методов борьбы с ними — в родителях. Чрезмерные запреты либо неограниченная свобода — все это нехорошо сказывается на воспитании. В таком тонком моменте все должно быть сбалансировано. И важно не упустить контакт с ребенком на том этапе, когда все еще можно исправить. Если к 9 годам тихий и послушный ребенок вдруг стал показывать свой характер, не нужно удивляться, необходимо найти причину и устранить ее. Многие родители забывают о чувствах своих детей, просто действуя по правилам либо по намеченному ранее плану. Но каждая семья и каждая ситуация индивидуальны. Поэтому нельзя утверждать, что в конкретной ситуации можно решить проблему тем или иным способом, не зная ее сути и всех подробностей.
Таким образом, если ребенок перестал слушаться, а наладить контакт с ним родителям не удается, не нужно стесняться рассказать о своей проблеме. Но только слушателями должны быть не друзья с родственниками, а профессионалы.
Можно ли считать непослушание психическим отклонением?
Многие родители, которые тщательно следят не только за физическим, но и за эмоциональным состоянием своих детей, часто начинают переживать, когда отмечают подозрительное поведение. К примеру, в некоторых семьях живут детки, которые могут быть рассеянными, долго собираться, иногда даже игнорировать просьбы взрослых либо просто отказываться от контакта с людьми. Взрослые порой воспринимают такую ситуацию как серьезное отклонение от нормы и верх непослушания.
Но на самом деле все значительно проще. Именно так зачастую ведут себя детки с высоким интеллектом. Им просто скучно вести разговоры с обычными людьми, и они не всегда могут выслушать просьбу взрослого, так как их мозг в этот момент может быть занят решением других важных на их взгляд вопросов. В таком случае у родителей есть только один выход — смириться с гением в семье. Не нужно давить на ребенка, так как это может нарушить его психику и крайне негативно сказаться в будущем.
Чрезмерно послушный ребенок, но с несчастным взглядом является поводом для беспокойства. Это верный признак того, что родители перестарались с воспитательными мерами.
Источник
Когда ребенок все отрицает — Психологос
Если вы нормальные родители, то вы были невероятно довольны и горды, когда ваш ребенок впервые узнал себя в зеркале, но вы были готовы свернуть ему шею, когда около двух с половиной лет он встречал все ваши привлекательные и разумные предложения громким и решительным «Нет!». На первый взгляд может показаться, что первое событие стоит того, чтобы его отпраздновали, а второе указывает на наступление тяжелых времен и вызывает, по крайней мере, легкий ужас, если не ярость.
В этих двух стадиях развития странно не то, что они отличаются, а то, что они представляют собой одно и то же. По-своему каждое событие свидетельствует о наиболее волнующем и загадочном чуде: у ребенка развивается осознание себя как личности.
Стать личностью — это суть всего развития, и многое в этом процессе открытия себя приятно для родителей. Нам нравится, когда Джонни говорит: «Джонни хочет», и мы еще более довольны, когда у него возникает представление о себе, достаточное для того, чтобы сказать: «Мне хочется». Когда он доходит до драматического момента «Я хочу», мы бурно радуемся его развитию.
Беда в том, что «я хочу морковку» должно по законам природы рано или поздно превратиться в «я не хочу никакой морковки». Быть личностью означает иметь свое мнение и представление о вещах.
Конечно, замечательно говорить «да» жизни и миру, но, когда ты очень мал, все эти «да» относятся к вещам, которые за тебя решает кто-то другой. Первое «нет», — вероятно, самое громкое заявление, которое когда-либо может сделать ребенок, потому что это момент возникновения его как личности, которая говорит: «Я должна начать сама управлять своей жизнью».
Ребенок, который упивается вновь обретенной властью, вводит родителей в сумеречное состояние; выйти из этого состояния им поможет хладнокровие, если они поймут, какое невероятное мужество требуется от него, чтобы перейти к стадии отрицания.
Вот ты, маленький и хорошенький, живешь припеваючи, и все счастливы стоит тебе только улыбнуться, немножко поворковать и дать взрослым возможность все за тебя решать. Нет проблемы, надеть синий или зеленый костюмчик, не нужно планировать свой день, не надо принимать серьезных решений типа этого: есть или нет яйца всмятку. Просто посиживай себе на солнышке без единой заботы в голове.
Затем постепенно возникает какое-то странное, навязчивое ощущение, что можно жить как-то иначе, чем в этом состоянии праздности, что от тебя ждут, чтобы ты хоть немного двигался вперед. Это же ты, а не мама, не папа, не тетушка и не сестра терпеть не можешь синюю пижаму, но любишь пирог с черникой и можешь слезть с горки сбоку, хочешь пожарную машину и не любишь, когда тебя укладывают спать раньше всех. По-видимому, уже пора объяснить это всему остальному миру, а тем самым и себе самому: существует личность, с которой надо считаться.
Первое «нет» почти всегда вызывает реакцию паники, оцепенения и перегруппировки в стане противника. У мамы расширяются глаза и сжимаются губы, у папы краснеет лицо, и в его глазах читается: «Мне хочется тебя отшлепать», няня грозится больше не приходить, бабушка говорит: «Это не мой милый мальчик». Это «нет» — довольно опрометчивая шутка. Какое-то время кажется, что, когда ребенок говорит «нет», это только означает, что он хочет заявить о своем «Я», и это приводит родителей в замешательство.
Мать говорит: «Дорогой, хочешь ли ты твое любимое пирожное с кремом?», и этот ненормальный ребенок, к которому она обращается, кричит: «Нет!» таким голосом, как будто ему велят сесть на электрический стул. Это «нет» относится и к омлету, и к походу в магазин, а, кроме того, ко всему, что он не любит. Когда ребенок очень мал, кажется, что говорить «нет» и быть личностью — это одно и то же.
Конечно, это не так, и это недоразумение скоро прояснится, если родители не впадут в крайности. Если то, что ребенок говорит «нет» в 90% случаев, действительно страшно вас огорчает, если вы понимаете, что это уже дело принципа, если вы образуете два вооруженных лагеря, которые прекращают все попытки общения друг с другом, тогда ваш противник должен считать делом своей чести продолжать борьбу за самостоятельность таким несовершенным способом, поскольку у него нет времени попробовать другие.
Если же, напротив, родители способны уважать то мужество, которое требуется ребенку, переживающему первый кризис самосознания, и если они могут относиться к этому с долей юмора и благоразумием, то он вскоре будет способен понять, что самостоятельность требует большего, чем чистое отрицание.
Слово «нет» может стать для всех развлечением и игрой. Оно потеряет свою опасность, если мама скажет «нет» до того, как его произнесет малыш, и невзначай спросит: «Как насчет того, чтобы съесть немного рыбы на завтрак, Джонни?» — а затем, гримасничая, ответит себе: «Нет! Нет! Нет!»
Когда вы говорите «нет» в ответ на все, что вам говорит ребенок, вы обращаете внимание на то, что для его развития будет лучше что-то другое, а не это глупое занятие. Я часто говорила дочери: «Тебе абсолютно запрещается при любых обстоятельствах чистить зубы и тебе нельзя ложиться спать до полуночи!» Если это говорится с широкой ухмылкой, это только укрепляет родительский авторитет и приводит к положительным результатам.
Уважать стремление ребенка к независимости — значит найти истинные способы показать ему, что вы понимаете, что он обретает собственную личность, у которой расширяются права и привилегии. Он не может понимать, что переход от беспомощного ребенка к отвечающему за себя взрослому требует долгого, долгого времени, но вы можете помочь ему прийти к этому пониманию быстрее.
«Ты еще не настолько взрослый, чтобы переходить через дорогу один, но ты сейчас действительно достаточно взрослый, чтобы сам выбирать, что будешь есть на завтрак: кукурузные хлопья или яичницу с беконом». «Ты еще не настолько взрослый, чтобы решать, когда тебе идти спать, но ты уже достаточно взрослый, чтобы выбирать, где ты будешь играть днем: в парке или дома у приятеля».
Первое «нет» требует немедленного осознания, что пришло время для более узаконенного выбора, для больших возможностей, чтобы определить, кто и что есть этот маленький человек и что ему нужно, когда он стоит здесь, произнося смело и вызывающе: «Я действую, следовательно, я существую»..
Стадия «нет» становится негативной тогда, когда мы издаем боевой клич и превращаем ее в битву наших взрослых желаний с желаниями ребенка. Она становится позитивной, если мы можем радоваться рождению новой личности и уважать ее, принимая во внимание ее мнение и желание при совместном принятии того или иного решения.
Вот вы стоите, трясясь от гнева, уверенные, что проиграли не только сражение, но и всю войну, потому что сын говорит «нет» купанию, «нет» овсянке и «нет» тому, чтобы снять ботинки. В этот момент вам поможет правильно оценить ситуацию и даже порадоваться его успехам то, если вы подумаете. «Против чего он сможет, я надеюсь, со временем возражать?» «Нет» — компании ребят, которые бьют окна по дороге из школы; «нет» — торговцу наркотиками; «нет» — участию в драке.
Личность должна упражняться в том, чтобы быть личностью.
Источник
Кризис отрочества: предподростковые бури у детей 9 лет — СОЗНАТЕЛЬНО.РУ
Наталия Шопен: Какой невероятный оказался этот возраст — 9 лет. Временами мне кажется, что мой невинный и нежный ребенок вдруг на глазах — резко и жестко — превратился в подростка. Она грубит, обижается, заводится с пол-oборота, утверждает, что никто ее не любит. Следом — с той же бешеной скоростью — несется обниматься и признаваться в вечной любви, а вечером лежит в кровати и заливается крокодильими слезами: Мама, я не хочу взрослеть! Я хочу, чтобы мне снова было семь.
Раздражение и спор по любому поводу
Она вступает в спор по каждому поводу, легко раздражается, с интересом доводит до белого каления младших сестер, врываясь и разрушая игру, дико хохочет и через пять минут уже рыдает. Ведет себя как всезнающий и всемогущий подросток, а вслед за этим ссориться с 5-летней сестрой из-за куклы, крадет сладости, забывает сказать спокойной ночи и, о боже, таит секреты.
Рудольф Штайнер, основоположник антропософии, описал этот возраст как один из самых глубоких кризисов взросления. Он дал точнейший образ этому времени — “Выход из рая”. Ребенок постепенно и неминуемо приближается к порогу, выходу-из-детства. Он еще не совсем вышел, но вдруг осознал — тяжелейший факт — свою отдельность. Я это не мама и не папа, и не моя семья, и не мои друзья, и я никто из известных мне людей. Я единственный и я Один. Осознание собственной отдельности, одиночества и — смертности. Первое в жизни полное погружение.
Нам очень повезло оказаться в вальдорфской школе, где все — и родители и учителя — в курсе того, что происходит с человеком в 9 лет. Раз в неделю в течение прошлого года (моей старшей как раз исполнилось девять) мы собирались, чтобы поделиться наблюдениями, обсудить сложные ситуации и послушать точные и очень простые советы учителя, как с этим всем быть.
Позже я с удивлением обнаружила, что вне антропорсофской среды об этом периоде мало что известно. В российском пространстве особенно. При этом есть немало прекрасных книг на английском, посвященных именно этому периоду.
Кризис девяти лет невероятно глубокий, но при этом один из самых незаметных, очень внутренних. Этот ребенок уже не орет лежа на полу как трехлетка, который не получил желаемое, и не выкрикивает жесткие слова, хлопая дверью, как подросток. Он еще нежный, очень беззащитный и действует осторожно. Этот кризис переживается глубоко внутри, в нем много наблюдения и медленного осознавания. Ребенок как бы просыпается в этот мир, мир взрослых, в структуру этой жизни.
Самое мощное осознание — есть я и есть мир. И этот мир это не я.
Детское чуство сказочности, волшебности, единения с миром постепенно исчезает. Сквозь пение птиц и зеленые деревья постепенно прступают очертания “взрослого” мира — он структурированный, жесткий, в нем есть добро и зло, и ему нет до меня никакого дела. Я маленький, а он такой огромный. Кто я для этого мира? Кто он для меня? Какая между нами связь? И есть ли она?
В этом возрасте у многих детей возникают необъяснимые страхи — темноты, смерти, того что под кроватью. Если мир отдельный, то у него, возможно, есть много всего, о чем я не знаю. Что там, за этим углом? Мама, ты ведь однажды умрешь? Что делать если будет война или землетрясение? Зачем на свете смерть?
Деда Мороза не существует…
Многие осознают именно в этом возрасте, что Деда Мороза не существует, или что родители далеко не боги, а ведут себя часто странно, или что у подружкиной мамы есть любовник и это некая норма жизни. Процесс зачатия и деторождения у многих получает конкретные образы.
Чудесные защиты мира детства, когда все немножко не по-настоящему, и все в игре и легкости, истончаются. На ребенка бесшумно обрушивается взрослый мир. В котором очень много всего. Слишком много.
Внутренняя работа, об-ра-ботка информации идет постоянно. Внешне кажется, что ничего не происходит, а внутрь нас никто пустить не может, даже если бы и хотел. Это несоответствие внутреннего и внешнего (я же ребенок, от меня ждут привычных реакций) выливается в резкие перепады настроения, агрессию, обвинения, отказ выполнять обязанности, нежелание помогать, бездействие, раздражительность. Часто все домашние воспринимаются как враги. Кроме домашних животных, конечно — эти ребята как раз становятся самыми близкими и понимающими друзьями. Буря на пустом месте может произойти в любой момент.
Да, от этого не сбежать, внутри идет мощнейшая работа — ребенок рождается в самого себя. На это требуются силы и время. И то что необходимо — качественное торможение всего, что происходит вокруг. Не хочет ходить на кружки — не надо, не хочет помогать — можно мягко обойти этот момент и сделать самой. Девятилетнему человеку требуется много свободы и тишины. Сидеть и рисовать часами, копаться в какой-то фигне, миллион раз кинуть мяч в корзину, долго идти в полном молчании. Тишина, рутина, скука, минимум внешних раздражителей.
Ребенок познает себя. Но самое главное он познает ответ на вопрос: если я это не ты, то кто я? Любишь ли ты меня, если я — отдельный? Этот вопрос ключевой, и все поступки 9-летнего человека необходимо рассматривать с этой позиции. Любишь ли ты меня, когда я такой? Любишь ли ты меня, когда я знаю о сексе? Когда я своровал? Сделал что-то недоброе? Когда я грублю тебе? А сейчас?
Стоит ли говорить, что ответ должен быть всегда одним и тем же. Этот ответ может даже не быть озвучен, но важно, чтобы он звучал в сердце. Этот ответ единственное, что позволяет вытащить себя из ситуации и смотреть как бы немножко со стороны, на этого человека, который сейчас тяжело борется с этими ветрянными мельницами, с которыми мы, порой, боремся всю жизнь. Чтобы он прошел эту борьбу и чтобы эти мысли не парили его дальше — чувство поддержки, приятия, собственной ценности — нужно дать это сейчас, в эти маленькие большие девять лет.
С ним все в порядке, он справляется, он нормально воспитан, мы достаточно хорошие родители, нет, он не растет эгоистом, это просто такой период. Пусть вырыдается, выкричится, выскажет претензии — вечером можно залезть к нему в кровать и мирно поговорить.
Люблю.
P.S. Кстати, не волнуйтесь, к 10-ти годам все нормализуется, и вы получите обратно своего замечательного ребенка. Правда, ненадолго. Лет эдак до 12-ти. Но это уже совсем другая история ????
Вот на этом ресурсе можно найти много полезной информации о кризисе 9-ти лет
Источник