Стихотворение для ребенка 8 лет на конкурс

Непослушный мой котёнок, 
Что ж ты в кухне натворил! 
Со стола на подоконник 
Ты носился, как чертёнок, 
Чашку мамину разбил. 
За такое поведенье 
Будешь завтра без конфет, 
Без печенья, без варенья, 
Без прогулки в воскресенье, 
Без сосиски на обед, 
Без мультяшек, без игрушек, 
Виноват — теперь не плачь! 
Надо было маму слушать 
И вести себя получше, 
Не играть ни в коем случае 
Со мной на кухне в мяч. 

***

Никто

Б.В. Заходер

Завелся озорник у нас.
Горюет вся семья.
В квартире от его проказ
Буквально нет житья!
Никто с ним, правда, не знаком,
Но знают все зато,
Что виноват всегда во всем
Лишь он один — НИКТО!
Кто, например, залез в буфет,
Конфеты там нашел
И все бумажки от конфет
Кто побросал под стол?
Кто на обоях рисовал?
Кто разорвал пальто?
Кто в папин стол свой нос совал?
НИКТО, НИКТО, НИКТО!
— НИКТО — ужасный сорванец!
Сказала строго мать. —
Его должны мы наконец
Примерно наказать!
НИКТО сегодня не пойдет
Ни в гости, ни в кино!
Смеетесь вы?
А нам с сестрой
Ни капли не смешно!

***

Узелки

После зимней
Глубокой дремоты
Дел немало
На шаре земном.
Перед праздником
Столько работы!
Нужно помнить весне
Обо всём.
И весна в изумрудном
Платочке
Ходит, бродит
В лесах и в садах.
И на память себе
Узелочки
Оставляет на голых
Ветвях.
Днём и ночью
Ей нужно трудиться —
Перекрасить леса и поля.
Нужно к маю земле
Нарядиться,
Чтобы стала красивой
Земля.
Нужно солнце почистить
До блеска —
На ветру потускнело оно.
Нужно зимнюю снять
Занавеску
И промыть
Голубое окно,
Проводить холода
За ворота,
Не спеша отворить
Ручейки…
А закончится
Эта работа —
И развяжутся все узелки.
В. Орлов 

***

Подснежник

У занесённых снегом кочек,
Под белой шапкой снеговой, 
Нашли мы синенький цветочек, 
Полузамёрзший, чуть живой.

Наверно, жарко припекало 
Сегодня солнышко с утра. 
Цветку под снегом душно стало,
И он подумал, что пора,

И вылез… Но кругом всё тихо, 
Соседей нет, он первый здесь. 
Его увидела зайчиха. 
Понюхала, хотела съесть.

Потом, наверно, пожалела: 
Уж больно тонок ты, дружок!
И вдруг пошёл пушистый, белы 
Холодный мартовский снежок.

Он падал, заносил дорожки… 
Опять зима, а не весна, 
И от цветка на длинной ножке 
Лишь только шапочка видна.

И он,от холода синея.
Головку слабую клоня, 
Сказал: «Умру, но не жалею: 
Ведь началась весна с меня!»

З. Александрова

***

Веснушки

Ночью Любочке не спится
Пропустить весну боится.
— Помню осени приметы 
и зеленый запах лета,
А весну совсем забыла, 
Как давно все это было.
Где же прячется она 
Распрекрасная весна?..
Я посплю совсем немножко
Может постучит в окошко?
Утром в зеркало взглянула 
Удивилась и вздохнула.
Крикнула, что было силы: 
— Я же это не просила!
Перед зеркалом девчушка
Плачет, горько причитая,
На лице опять веснушки,
Не нужна весна такая.
Ей на улице прохожий
Улыбнулся так лукаво,
«Ты, девчоночка, похоже,
Через сито загорала?!»
Терла носик, терла щечки.
Прибежала мама к дочке:
— Что ты, Любочка, мой свет,
Это солнышка привет!
…Пять веснушек на носу, 
Гордо в детский сад несу.
Пусть увидит детвора 
К нам Весна пришла! Ура!

Ёжик вышел на дорогу…

Ольга Матыцина

Раз, два, три, четыре, пять — 
Вышел ёжик погулять!
Ёжик вышел на дорогу…
Объявляю всем тревогу:
-Ехать надо не спеша!
Берегите жизнь ежа!
Он хороший, хоть колючий,
И совсем, совсем не злючий.
Ёж полезный, между прочим,
Но привык трудиться ночью.
Раз, два, три, четыре, пять —
Ёж не будет ночью спать!
Всем водителям приказ:
— Сбавить скорость в тёмный час!
Коль увидите ежа —
Не давите малыша!
Погудите — ёж поймёт
И с дороги в лес уйдёт.
С вами мы за всех в ответе —
Пусть живут ежи на свете! 
А ещё орлы, синицы,
Тигры, зайцы и лисицы,
И олени, и слоны… 
За зверей в ответе мы!

***

Ольга Матыцина 
Кот готовится к зиме

Кот с утра поел сосиски,
Через час опять у миски:
— Мяу-мяу! – слышу снова,
— Мне б чего-нибудь мясного!
— Ты же лопнешь, милый кот!
— Мяу, дайте антрекот,
И тефтельку, и сардельку,
Можно даже канарейку…
Или нет, пускай поёт!
У меня болит живот.
— Отвезу тебя к врачу.
Снова:
— Мяу! Есть хочу!
— Может сядешь на диету?
А в ответ:
— Хочу котлету!
В небе тучи, облака…
У кота растут бока.
На диван не может влезть,
Но мяучит снова:
— Есть!
Целый день он просит кушать,
Надоело это слушать.
Булки, каши и котлеты,
И печенье и конфеты –
Только это на уме.
Кот готовится к зиме!

***

Жирафа Жанна была упряма,
Ей говорили — смотри, гора,
А Жанна твердила — яма!

Однажды у Жанны уехала мама,
Одну оставила дочку — и точка!

Утром жирафу будил крокодил:
— Жанна, вставай! — он ей говорил.
А Жанна кричит: Ночь еще на дворе,
Зачем же ты ночью пришел ко мне?

Упрямица спит, а время идет.
Обедать соседка-тигрица зовет.
А Жанна опять: Ну, какой обед?
Верно, семи утра еще нет.

Вот уже ужинать время приходит,
Жанна из комнаты все же выходит.
Томно глядит на закат в окошко:
— Да, недоспала я немножко.

Солнышко, видно, еще не встало…
Тут, рассердившись,Катюша сказала:
— Скорей бы уже приехала мама,
Все перепутала эта Жанна!

***

Если б мама разрешила
завела бы крокодила
и отмыла бы от ила,
и назвала бы Гаврила.
Был бы он совсем не грустный,
мыл бы уши чистил зубы
и соседке Марье Ванне
строил глазки, лежа в ванне.
Он бы кушал все подряд:
кашу с маслом, мармелад,
соль,баранки,апельсины,
Дядю Пашу,тетю Зину…
Я б гулять его водила
трудно жить без крокодила!

***

Агния Барто

СНЕГИРЬ

На Арбате, в магазине,
За окном устроен сад.
Там летает голубь синий,
Снегири в саду свистят.

Я одну такую птицу
За стеклом видал в окне,
Я видал такую птицу,
Что теперь не спится мне.

Ярко-розовая грудка,
Два блестящие крыла…
Я не мог ни на минутку
Оторваться от стекла.

Из-за этой самой птицы
Я ревел четыре дня.
Думал, мама согласится —
Будет птица у меня.

Но у мамы есть привычка
Отвечать всегда не то:
Говорю я ей про птичку,
А она мне про пальто.

Что в карманах по дыре,
Что дерусь я во дворе,
Что поэтому я должен
Позабыть о снегире.

Я ходил за мамой следом,
Поджидал ее в дверях,
Я нарочно за обедом
Говорил о снегирях.

Было сухо, но галоши
Я послушно надевал,
До того я был хорошим —
Сам себя не узнавал.

Я почти не спорил с дедом,
Не вертелся за обедом,
Я «спасибо» говорил,
Всех за все благодарил.

Трудно было жить на свете,
И, по правде говоря,
Я терпел мученья эти
Только ради снегиря.

До чего же я старался!
Я с девчонками не дрался.

Как увижу я девчонку,
Погрожу ей кулаком
И скорей иду в сторонку,
Будто я с ней незнаком.

Мама очень удивилась:
— Что с тобой, скажи на милость?
Может, ты у нас больной —
Ты не дрался в выходной!

И ответил я с тоской:
— Я теперь всегда такой.

Добивался я упрямо,
Повозился я не зря.
— Чудеса,- сказала мама
И купила снегиря.

Я принес его домой.
Наконец теперь он мой!
Я кричал на всю квартиру:
— У меня снегирь живой!

Я им буду любоваться,
Будет петь он на заре…
Может, снова можно драться
Завтра утром во дворе?

***

Агния Барто 

ОДНАЖДЫ Я
РАЗБИЛ СТЕКЛО

Нет, в жизни мне не повезло,
Однажды я разбил стекло.

Оно под солнечным лучом
Сверкало и горело,
А я нечаянно — мячом!
Ух, как мне нагорело!

И вот с тех пор,
С тех самых пор,
Как только выбегу
Во двор,
Кричит вдогонку кто-то:
— Стекло разбить охота?—

Воды немало утекло
С тех пор, как я разбил стекло.

Но стоит только мне вздохнуть,
Сейчас же спросит кто-нибудь:
— Вздыхаешь из-за стекол?
Опять стекло раскокал?

Нет, в жизни мне не повезло,
Однажды я разбил стекло.

Идет навстречу мне вчера,
Задумавшись о чем-то,
Девчонка с нашего двора,
Хорошая девчонка.

Хочу начать с ней разговор,
Но, поправляя локон,
Она несет какой-то вздор
Насчет разбитых окон.

Нет, в жизни мне не повезло,
Меня преследует стекло.

Когда мне стукнет двести лет,
Ко мне пристанут внуки.
Они мне скажут:
— Правда, дед,
Ты брал булыжник в руки,
Пулял по каждому окну? —
Я не отвечу, я вздохну.

Нет, в жизни мне не повезло,
Однажды я разбил стекло.

Кар — кричит ворона, — Кража 
— Караул! грабеж! пропажа! 
Вор прокрался утром рано! 
Брошь украл он из кармана! 
карандаш! Картонку! Пробку! 
И красивую коробку! 
— Тише, тише, не кричи, 
не кричи, ты, помолчи 
жить не можешь без обмана, 
у тебя ведь нет кармана… 
— Как! — воскликнула ворона 
и моргнула удивленно — 
— Что ж вы раньше не сказали? 
Караул! Карман украли!

***

Эдуард Успенский
Рассеянная няня

По бульвару няня шла,
Няня мальчика везла.
Мальчик в саночках сидел,
Мальчик с саночек слетел.
Видит няня — легче стало,
И быстрее зашагала.

Побывала на базаре,
Посмотрела на товар.
Потолкалась на пожаре —
Ведь не каждый день пожар.

Соли в лавочке купила
И хозяйственного мыла.
Там же встретила куму,
Разузнала что к чему.

Мимо шли солдаты строем,
Каждый выглядел героем.
И за строем наша няня
В ногу шла до самой бани.
Развернулась, не спеша.
Смотрит — нету малыша.

— Где же я его забыла?
Там, где покупала мыло?
У ларька на тротуаре.
Просто так на мостовой
Или, может, на пожаре
Смыло мальчика водой?

И в недоуменье няня
Битый час глядит на сани.
Ну а мальчик у ворот
Два часа как няню ждет.

А домой идти боится —
Дома могут рассердиться.
Скажут: — Как же ты гулял,
Если няню потерял?

***

Эдуард Успенский
Страшная история

Мальчик стричься не желает,
Мальчик с кресла уползает,
Ногами упирается,
Слезами заливается.
Он в мужском и женском зале
Весь паркет слезами залил.
А волосы растут!

Парикмахерша устала
И мальчишку стричь не стала.
А волосы растут!
А волосы растут!

Год прошел,
Другой проходит…
Мальчик стричься не приходит:
А волосы растут!
А волосы растут!

Отрастают, отрастают,
Их в косички заплетают…
— Ну и сын, — сказала мать,
Надо платье покупать.

Мальчик в платьице гулял,
Мальчик девочкою стал.
И теперь он с мамой ходит
Завиваться в женский зал.

***

Вера Инбер
Сороконожки

У сороконожки
Народились крошки.
Что за восхищенье,
Радость без конца!

Дети эти — прямо
Вылитая мама:
То же выраженье
Милого лица.

И стоит пригожий
Дом сороконожий,
Сушатся пеленки,
Жарится пирог,

И стоят в порядке
Тридцать три кроватки,
В каждой по ребенку,
В каждой сорок ног.

Папа с ними в дружбе.
Целый день на службе,
А когда вернется
В теплый уголок,—

Все играют в прятки,
Куклы и лошадки,
Весело смеется
Сам сороконог,

Все растет на свете —
Выросли и дети.
Носится орава
С самого утра.

Мать-сороконожка,
Погрустив немножко,
Говорит: «Пора вам
В школу, детвора».

Но ходить по школам
Невозможно голым,
Согласился с этим
Папа,— ну и что ж?

Мама же сказала:
«Сосчитай сначала,
Сколько нашим детям
Надобно калош».

Для такой работы
Папа вынул счеты.
«Тише, дети, тише!
Папа снял сюртук».

Если каждой ножке
Нужно по калошке,
То для всех детишек
Сколько ж это штук?

«Трижды сорок восемь,
Девять переносим,
Это будет двести,
Да один в уме…»

Захирела печка,
Догорела свечка
Папа с мамой вместе
Счет ведут во тьме.

А когда же солнце
Глянуло в оконце,
Захотелось чаю,
Но сказала мать:

«Слишком много ножек
У сороконожек.
Я изнемогаю».
И пошла гулять.

Видит — в луже тихо
Дремлет аистиха,
Рядом — аистенок
На одной ноге.

Мать сказала плача:
«Аистам удача —
Вот какой ребенок
Нужен был бы мне!

Слишком много ножек
У сороконожек.
Ноги — это гадость,
Если много ног.

Аист — он хороший,
Он одной калошей
Мамочке на радость
Обойтись бы мог».

Первая любовь 

Мишка дёрнул за косичку 
Вылил клей ко мне в рюкзак. 
И сказала мне сестричка: 
«Это всё не просто так». 
Он поставил мне подножку, 
Он толкнул меня рукой. 
А подруга мне: «Возможно, 
От тебя он сам не свой». 
Он кидал в меня снежками, 
Он тетрадку мне порвал. 
А подруги мне сказали: 
«Мишка на тебя запал!» 
Он мне мелом стул измазал… 
«Всё! Его я отлуплю!» 
…У него синяк под глазом, 
Шишка у меня на лбу… 
А подружки все вздыхают 
И твердят мне вновь и вновь: 
«Ты счастливая такая, 
У тебя уже любовь».

***

Уехали

Щенка кормили молоком. 
Чтоб он здоровым рос. 
Вставали ночью и тайком 
К нему бежали босиком — 
Ему пощупать нос. 
Учили мальчики щенка, 
Возились с ним в саду, 
И он, расстроенный слегка, 
Шагал на поводу. 
Он на чужих ворчать привык, 
Совсем как взрослый пес, 
И вдруг приехал грузовик 
И всех ребят увез. 
Он ждал: когда начнут игру? 
Когда зажгут костер? 
Привык он к яркому костру, 
К тому, что рано поутру 
Труба зовет на сбор. 
И лаял он до хрипоты 
На темные кусты. 
Он был один в саду пустом, 
Он на террасе лег. 
Он целый час лежал пластом, 
Он не хотел махать хвостом, 
Он даже есть не мог. 
Ребята вспомнили о нем — 
Вернулись с полпути. 
Они войти хотели в дом, 
Но он не дал войти. 
Он им навстречу, на крыльцо, 
Он всех подряд лизал в лицо. 
Его ласкали малыши, 
И лаял он от всей души.

ЩЕНОК 

Я сегодня сбилась с ног — 
У меня пропал щенок. 
Два часа его звала, 
Два часа его ждала, 
За уроки не садилась 
И обедать не могла. 
В это утро очень рано 
Соскочил щенок с дивана, 
Стал по комнатам ходить, 
Прыгать, лаять, всех будить. 
Он увидел одеяло — 
Покрываться нечем стало. 
Он в кладовку заглянул — 
С мёдом жбан перевернул. 
Он порвал стихи у папы, 
На пол с лестницы упал, 
В клей залез передней лапой, 
Еле вылез и пропал… 
Может быть, его украли, 
На верёвке увели, 
Новым именем назвали, 
Дом стеречь заставили? 
Может, он в лесу дремучем 
Под кустом сидит колючим, 
Заблудился, ищет дом, 
Мокнет, бедный, под дождём? 
Я не знала, что мне делать. 
Мать сказала: — Подождём. 
Два часа я горевала, 
Книжек в руки не брала, 
Ничего не рисовала, 
Всё сидела и ждала. 
Вдруг, какой-то страшный зверь 
Открывает лапой дверь, 
Прыгает через порог… 
Кто же это? Мой щенок. 
Что случилось, если сразу 
Не узнала я щенка? 
Нос распух, не видно глаза, 
Перекошена щека, 
И, впиваясь, как игла, 
На хвосте жужжит пчела. 
Мать сказала: — Дверь закрой! 
К нам летит пчелиный рой. — 
Весь укутанный, в постели 
Мой щенок лежит пластом 
И виляет еле-еле 
Забинтованным хвостом. 
Я не бегаю к врачу — я сама его лечу.

***

БОЛТУНЬЯ 

Что болтунья Лида, мол, 
Это Вовка выдумал. 
А болтать-то мне когда? 
Мне болтать-то некогда! 
Драмкружок, кружок по фото, 
Хоркружок — мне петь охота, 
За кружок по рисованью 
Тоже все голосовали. 
А Марья Марковна сказала, 
Когда я шла вчера из зала: 
«Драмкружок, кружок по фото 
Это слишком много что-то. 
Выбирай себе, дружок, 
Один какой-нибудь кружок». 
Ну, я выбрала по фото… 
Но мне еще и петь охота, 
И за кружок по рисованью 
Тоже все голосовали. 
А что болтунья Лида, мол, 
Это Вовка выдумал. 
А болтать-то мне когда? 
Мне болтать-то некогда! 
Я теперь до старости 
В нашем классе староста. 
А чего мне хочется? 
Стать, ребята, летчицей. 
Поднимусь на стратостате… 
Что такое это, кстати? 
Может, это стратостат, 
Когда старосты летят? 
А что болтунья Лида, мол, 
Это Вовка выдумал. 
А болтать-то мне когда? 
Мне болтать-то некогда! 
У меня еще нагрузки 
По-немецки и по-русски. 
Нам задание дано — 
Чтенье и грамматика. 
Я сижу, гляжу в окно 
И вдруг там вижу мальчика. 
Он говорит: «Иди сюда, 
Я тебе ирису дам». 
А я говорю: «У меня нагрузки 
По-немецки и по-русски». 
А он говорит: «Иди сюда, 
Я тебе ирису дам». 
А что болтунья Лида, мол, 
Это Вовка выдумал. 
А болтать-то мне когда? 
Мне болтать-то некогда! 

***

Я выросла 

Мне теперь не до игрушек — 
Я учусь по букварю, 
Соберу свои игрушки 
И Сереже подарю. 
Деревянную посуду 
Я пока дарить не буду. 
Заяц нужен мне самой — 
Ничего, что он хромой, 
А медведь измазан слишком… 
Куклу жалко отдавать: 
Он отдаст ее мальчишкам 
Или бросит под кровать. 
Паровоз отдать Сереже? 
Он плохой, без колеса… 
И потом, мне нужно тоже 
Поиграть хоть полчаса! 
Мне теперь не до игрушек — 
Я учусь по букварю… 
Но я, кажется, Сереже 
Ничего не подарю.

Всем известный математик
Академик Иванов
Как-то раз домой явился
С парой новеньких коньков.
И сказал своей жене
И любимой дочке:
-Ну-ка, приготовьте мне
Свинцовые примочки.
Для возможных синяков.
Чтобы вновь помолодеть,
Я решил коньки надеть.
И вот он пятаки берет
И отправляется на лед,
Смотрят люди из окон:
-Это что за чемпион?
Взрослый дядя с бородой,
А занялся ерундой.

***

Перемена

«Перемена, перемена!» —
Заливается звонок.
Первым Вова непременно
Вылетает за порог.
Вылетает за порог —
Семерых сбивает с ног.
Неужели это Вова,
Продремавший весь урок?
Неужели этот Вова
Пять минут назад ни слова
У доски сказать не мог?
Если он, то, несомненно,
С ним бо-о-льшая перемена!
Не угонишься за Вовой!
Он гляди какой бедовый!
Он за пять минут успел
Переделать кучу дел:
Он поставил три подножки
(Ваське, Кольке и Сережке),
Прокатился кувырком,
На перила сел верхом,
Лихо шлепнулся с перил,
Подзатыльник получил,
С ходу дал кому-то сдачи,
Попросил списать задачи, —
Словом,
Сделал все, что мог!
Ну, а тут — опять звонок…
Вова в класс плетется снова.
Бедный! Нет лица на нем!
— Ничего, — вздыхает Вова, —
На уроке отдохнем!

***

НЕ СПАТЬ! 

Я ненавижу слово «спать»!
Я ежусь каждый раз,
Когда я слышу: «Марш в кровать!
Уже десятый час!»
Нет, я не спорю и не злюсь —
Я чай на кухне пью.
Я никуда не тороплюсь,
Когда напьюсь — тогда напьюсь!
Напившись, я встаю
И, засыпая на ходу,
Лицо и руки мыть иду…
Но вот доносится опять
Настойчивый приказ:
«А ну, сейчас же марш в кровать!
Одиннадцатый час!»
Нет, я не спорю, не сержусь —
Я не спеша на стул сажусь
И начинаю кое-как
С одной ноги снимать башмак.
Я, как герой, борюсь со сном,
Чтоб время протянуть,
Мечтая только об одном:
Подольше не заснуть!
Я раздеваюсь полчаса
И где-то, в полусне,
Я слышу чьи-то голоса,
Что спорят обо мне.
Сквозь спор знакомых голосов
Мне ясно слышен бой часов,
И папа маме говорит:
«Смотри, смотри! Он сидя спит!»
Я ненавижу слово «спать»!
Я ежусь каждый раз,
Когда я слышу: «Марш в кровать!
Уже десятый час!»
Как хорошо иметь права
Ложиться спать хоть в час! Хоть в два!
В четыре! Или в пять!
А иногда, а иногда
(И в этом, право, нет вреда!) —
Всю ночь совсем не спать!

***

Пираты на острове Фунафути

На свете множество чудес,
внимания достойных,
Но Фунафути — образец
чудес благопристойных.
Не сыщешь острова в морях
от Горна до Босфора
С такой тактичной фауной,
с такой любезной флорой.
Там обезьянки не шалят,
галдя на всю опушку,
А только нюхают плоды
и потчуют друг дружку.
Там пальмы, встав на берегу,
всем кланяются дружно,
Какой бы ветер ни подул —
восточный или южный.
Но вот в один прекрасный день
к тем благодатным пляжам
Приплыл разбойничий корабль
с ужасным экипажем:
Джим Кашалотто, Джеки Черт,
Сэм Гроб и Билл Корова,
Кот Вырвиглаз и старый Хью —
один страшней другого.
И первым сушу ощутил
их шкипер Джеки Черт:
Сэм Гроб, ворочая веслом,
смахнул его за борт.
Пиратов ужас охватил,
повеяло расправой,
Но шкипер вдруг заговорил
с улыбкою слащавой:
— Прошу прощенья, мистер Гроб,
вина была моя.
Забудем этот инцидент!
Скорей сюда, друзья!
Позвольте вашу руку, Джим.
Я помогу вам, кок.
Ах, осторожней, мистер Хью,
Не замочите ног!
Пираты слушали дрожа.
Голодный львиный рев
Не показался б им страшней
галантных этих слов.
Но только на берег сошли —
их тоже охватило
Желание себя вести
необычайно мило.
— Здесь у меня, — промолвил Джим,
сухое платье есть.
Прошу, воспользуйтесь им, сэр,
уж сделайте мне честь.
— Вы правы, — шкипер отвечал. —
Чтоб исключить ангину,
Воспользуюсь. Пардон, друзья,
я вас на миг покину.
Был сервирован на песке
изысканный обед,
И не нарушен был ни в чем
сложнейший этикет.
Приличный светский разговор
журчал непринужденно,
Никто не лез ни носом в суп,
ни пальцем в макароны.
Приятный вечер завершен
был тихой песней Сэма,
И слушал песню капитан,
роняя слезы немо.
— Вот так певала перед сном
мне матушка когда-то…
Ах, милый Сэм, скажи, зачем
веду я жизнь пирата?
Друзья свели его в постель
и сами зарыдали,
И нежно сняли сапоги,
и валерьянки дали,
И челюсть новую его
переложили в кружку,
И грелку сунули к ногам,
и саблю под подушку.
Потом, молитву сотворив,
разделись аккуратно,
Без грубых шуток и божбы,
пристойно-деликатно,
И мирно отошли ко сну,
умыв лицо и шею,
И в грезах видели всю ночь
порхающую фею.
Они отплыли на заре.
Но только за кормою
Сокрылась чудная земля,
пошло совсем иное:
Все утро хмурились они
и пили ром без меры,
И растеряли навсегда
приличные манеры.
А на волшебном берегу,
на дальнем Фунафути,
Все так же ветер шелестел
о мире и уюте.
Черепашонок спал в песке,
и устрицы вздыхали,
И солнце озирало мир
без гнева и печали.

***

Сто коров,
Двести бобров,
Четыреста двадцать
Ученых комаров
Покажут сорок
Удивительных
Номеров.
Четыре тысячи петухов
И четыре тысячи индюков
Разом
Выскочат
Из четырех сундуков.
Две свиньи
Спляшут польку.
Клоун Петька
Ударит клоуна Кольку.
Клоун Колька
Ударит клоуна Петьку.
Ученый попугай
Съест моченую
Редьку.
Четыре тигра
Подерутся с четырьмя львами.
Выйдет Иван Кузьмич
С пятью головами.
Силач Хохлов
Поднимет зубами слона.
Потухнут лампы,
Вспыхнет луна.
Загорятся под куполом
Электрические звезды.
Ученые ласточки
Совьют золотые гнезда.
Грянет музыка
И цирк закачается…
На этом, друзья,
Представление
наше кончается.

***

Бывают в жизни чудеса:
Ужа ужалила оса
Ужалила его в живот.
Ужу ужасно больно. Вот.
А доктор Еж сказал Ужу:
«Я ничего не нахожу.
Но все же, думается мне,
Вам лучше ползать на спине,
Пока живот не заживет.

***

Мне так надоело без дела бродить —
Хочу на работу, как папа, ходить.
Я буду, как он, просыпаться чуть свет
И есть на работе в столовой обед.
В газету смотреть по утрам набегу
И даже нахмуриться грозно могу!
Скажите начальникам разных работ:
У взрослых со мною не будет забот.
Не буду я плакать, по дому скучать
И на совещаниях буду молчать.
А чтобы не вышло чего-то не так,
Прошу у началльников мелочь, пустяк —
Пусть маму с собой разрешат привести.
Она хорошо себя будет вести.

***

Вдоль реки бежал Аким.
Был Аким совсем сухим.
Побежал он поперёк —
Весь до ниточки промок.
Мой приятель Валерий Петров
Никогда не кусал комаров.
Комары же об этом не знали
И Петрова часто кусали.
Николай вспугнул пчелу,
Побежал по саду.
Наступил он на метлу,
Врезался в ограду.
Звонко хлопнула метла,
Да с такою силой,
Что уж лучше бы пчела
Колю укусила.
Прохоров Сазон
Воробьев кормил.
Бросил им батон —
Десять штук убил.

***

Если был бы я девчонкой —
Я бы время не терял!
Я б на улице не прыгал,
Я б рубашки постирал,
Я бы вымыл в кухне пол,
Я бы в комнате подмел,
Перемыл бы чашки, ложки,
Сам начистил бы картошки,
Все свои игрушки сам
Я б расставил по местам!
Отчего я не девчонка?
Я бы маме так помог!
Мама сразу бы сказала:
«Молодчина ты, сынок!»