Субфебрилитет у ребенка 10 лет

Причины длительного субфебрилитета у детей

Семёнова Л.Ю.

Длительный субфебрилитет — состояние нарушенного теплообмена, характеризующееся температурой выше 37° — 38° в течение 3-х недель и более. Он может быть симптомом заболевания (инфекционного или неинфекционного), либо имеет самостоятельное патологическое происхождение (отсутствие отклонений при тщательном и всестороннем клинико-лабораторном исследовании [1,5,6].

Проблема длительного субфебрилитета, как и в 30-е годы прошлого столетия, остается актуальной и на сегодняшний день, поскольку число больных с данным синдромом не изменяется, а проводимая терапия не всегда эффективна. По исследованиям одних авторов ведущая причина длительного субфебрилитета — функциональные нарушения нервной системы, других — инфекционные заболевания, третьи считают, что в основе возникновения длительного субфебрилитета лежат эндокринные нарушения, четвертые отмечают нарушения регулирующего аппарата кровообращения, приводящие к расстройству циркуляции и распределения тепла в организме. Длительный субфебрилитет может быть «маской» многих заболеваний, как инфекционного генеза (инфекционные заболевания дыхательной системы, желудочно-кишечного тракта и др.), так и неинфекционного (заболевания эндокринной, нервной, иммунной систем и др.) [1,4,6]. Большая часть авторов отмечают полиэтиологичность длительного субфебрилитета, наличие взаимосвязи между функциональными нарушениями нервной системы и наличием очагов хронической инфекции. Следовательно, на сегодняшний день нет четких и единых мнений по этиологии длительного субфебрилитета, что затрудняет лечение этой категории больных [1-6]. По частоте данная патология имеет тенденцию к росту. Так, распространенность длительного субфебрилитета в 1934 г. составила 9,3% , в 1972 г. — 14,5% , в 1992 г. — 18% детей [1-3]. Наиболее часто длительный субфебрилитет встречается у детей на 1-ом году жизни и в возрасте от 8 до 14 лет, что связывают с наличием напряженных («критических») фаз роста и развития [1].

Целью данной работы явилось установление наиболее частой причины возникновения длительного субфебрилитета у детей. Под наблюдением находилось 129 детей в возрасте от 6 месяцев до 18 лет, которые обратились в БУЗ МЗ УР «Республиканский клинико-диагностический центр» г. Ижевска с жалобами на длительный субфебрилитет. Среди всех обращений за данный период на долю длительного субфебрилитета приходилось 1,4% детей, но именно эти дети требовали длительного обследования и лечения.

Проводился анализ антенатального развития, анамнеза жизни детей; объективное обследование, при необходимости с привлечением «узких» специалистов (невролога, кардиолога, гастроэнтеролога и др.); лабораторное обследование (полный анализ крови, мочи, кала; иммуноферментный анализ крови на микоплазменную, хламидийную, герпетическую, цитомегаловирусную инфекции; биохимическое исследование крови; бактериологическое исследование содержимого ротоглотки, мочи, кала), инструментальные исследования (электроэнцефалография, эхоэнцефалография, реоэнцефалография, эхокардиография, электрокардиография, фиброгастродуоденоскопия, ультрозвуковое исследование внутренних органов, флюрография). Так же проводились парацетамоловый тест и термопульсометрия.

Среди детей, мальчиков было 59% (76 человек), девочек 41% (53 человека), преимущественно 79% (102 человека) были дети подросткового возраста 12-16 лет. Длительный субфебрилитет впервые появлялся после острых респираторных заболеваний у 86% детей, у половины больных продолжительность его была больше 6 месяцев (от 1 до 6 лет). У большинства детей (89%) температура была субфебрильная — до 37.5° (в среднем — 37.1° — 37.3°), у 11% детей температура была субфебрильной, но с периодическими подъемами до 38° — 39°. У 62% детей температура тела повышалась во второй половине дня. Ночью и после сна показатели были нормальными, а затем температура повышалась по мере активности ребенка. Отмечалась связь длительного субфебрилитета с физическими и эмоциональными нагрузками у 76% детей. Четкой зависимости длительного субфебрилитета от времени года не было, хотя имелась тенденция к повышению температуры в весенне-зимний период (время частых вирусных инфекций, стрессовых ситуаций в школе). Жалобы детей при длительном субфебрилитете были разнообразными — головные боли отмечались у 72%, головокружения — у 78%, нарушения сна — у 74% детей, в основном жалобы были по типу астено-вегетативного синдрома. У 22% детей не отмечалось никаких субъективных ощущений при повышении температуры. При оценке генеалогического анамнеза (по индексу отягощенности наследственности) низкая отягощенность (0-0.2) была всего у 8% детей, чаще отмечалась умеренная отягощенность (0.3-0.5) — у 68% и выраженная отягощенность (0.6-0.8) — у 24% детей. Направленность риска обусловлена предрасположенностью в основном к заболеваниям дыхательной, сердечно-сосудистой, нервной систем, патологии желудочно-кишечного тракта.

При анализе антенатального анамнеза установлено, что течение беременности было осложнено у 100% матерей больных детей. Чаще встречались угроза прерывания беременности (39%), острые респираторные вирусные инфекции (37%), обострения хронической инфекции ЛОР-органов (28%), причем у каждой третьей беременной до 2 -3 раз в год, анемии, инфекции мочевыводящих путей. Период новорожденности протекал без особенностей, большинство детей (87%) хорошо развивалось на первом году жизни, но у всех была выявлена патология нервной системы — перинатально-гипоксическая энцефалопатия, в последующем выставлен диагноз резидуально-органическое поражение центральной нервной системы, но большинство пациентов систематически у невролога не наблюдались и на учете не состояли. В анамнезе у 65% детей были частые ОРВИ, ангины, обострения хронического тонзиллита, хронического риносинусита, хронического отита, у 67% детей встречалась патология желудочно-кишечного тракта (хронический гастродуоденит, хронический холецистит, дисфункция желчевыводящих путей, лямблиоз, амебиаз), у 70% детей — расстройство вегетативной нервной системы, функциональная кардиопатия. Нужно отметить, что у 70% детей в анамнезе было до 2 -3 очагов хронической инфекции одновременно, что свидетельствует о сниженной резистентности организма. Термопульсометрия была неспецифична, температура в основном не превышала 37° — 37.5°. Парацетамоловый тест был положительный у 22% детей — это дети с наличием очагов хронической инфекции носоглотки в стадии обострения или неполной ремиссии. У 78% детей парацетамоловый тест был отрицательный, несмотря на то что, в данной группе были дети с наличием очагов хронической инфекции в фазе ремиссии.

При объективном обследовании были выявлены следующие изменения.

Физическое развитие наблюдаемых детей чаще соответствовало возрасту, было средним у 51% (79) больных, белково-энергетическая недостаточность выявлена у 14% (18), ожирение — у 25% (32) больных.

При исследовании системы дыхания хронический тонзиллит установлен у 12% (15) детей, хронический риносинусит у 8% (10), хронический аденоидит у 5% (6), хронический отит у 5% (3) детей. Результаты обследования были подтверждены лабораторными данными и осмотром ЛОР-врача.

При исследовании сердечно-сосудистой системы наблюдалась функциональная кардиопатия, малые аномалии развития сердца (ложные хорды левого желудочка) — у 85% (109), пролапс митрального клапана у 68% (88), синусовая аритмия у 35% (45), экстрасистолия у 17% (21) детей. При оценке вегетативного статуса симпатикотония отмечалась у 56% (72), ваготония у 38% (49) больных. Данные обследования были подтверждены результатами инструментального исследования (эхокардиография, электрокардиография, велоэргометрия).

При исследовании желудочно-кишечного тракта установлен хронический гастродуоденит у 65% (84), хронический холецистит у 6% (8), дисфункция желчевыводящих путей у 71% (92), гастроэзофагеальная болезнь у 12% (15) детей. Результаты исследования были подтверждены результатами инструментального исследования (ультразвуковое исследование внутренних органов, фиброгастродуоденоскопия).

При оценке неврологического статуса чаще выявлялись такие синдромы, как синдром гипервозбудимости у 88% (113), вестибулярный синдром у 73% (94), гипертензионный синдром у 83% (107) детей. Причем среди подростков у 56% (72) наблюдалось больше 2-х синдромов (преимущественно это были синдром гипервозбудимости и гипертензионный синдром). Результаты оценки неврологического статуса подтверждались результатами нейрофизиологического исследования (электроэнцефалография, эхоэнцефалография, реоэнцефалография). По реоэнцефалограмме чаще отмечались изменения по дистоническому типу — у 88% (113) детей; по электроэнцефалограмме общемозговые изменения диффузного характера с заинтересованностью коры и неспецифических подкорковых структур (диэнцефальный уровень) были у 95% (123), вспышки эпилептиформного характера, эпиактивность — у 58% (75), снижение альфа-ритма — у 43% (56), изменения сосудистого характера — у 38% (50) детей; по эхоэнцефалограмме отмечалась гипертензия у 86% (111) пациентов.

При исследовании анализа крови ни у одного ребёнка не было нейтрофильного лейкоцитоза, у 61% (79) детей был выявлен лимфоцитарный лейкоцитоз, у 14% (18) было повышено СОЭ до 20 мм/ч. При изучении активности воспалительного процесса у 25% (32) больных отмечалось незначительное повышение сиаловых кислот, серомукоидов, фибриногена крови, данные изменения чаще наблюдались у детей с наличием очагов хронической инфекции. Учитывая изменения крови в виде лимфоцитарного лейкоцитоза, что может свидетельствовать о наличии вирусной или атипичной инфекции, было проведено обследование наблюдаемых больных на микоплазменную, хламидийную, герпетические инфекции (иммуноферментный анализ крови). При данном анализе у 53% (69) детей были обнаружены положительные Ig M, говорящие за активацию воспалительного процесса. Причем на долю микоплазменной инфекции приходилось 16% (21), хламидийной инфекции — 18% (24) детей, герпетические инфекции у 19% (24) детей. У 50% (64) детей были обнаружены высокоавидные Ig G, говорящие о перенесенной герпетической инфекции (чаще это был цитомегаловирус — 30% (24)).

Анализы мочи как общие, так и бактериологические — без патологии. При копрологическом исследовании выявлены цисты лямблий — у 18% детей, цисты кишечной амебы — у 6% детей, при бактериологическом исследовании кала — патологической флоры не выявлено.

При бактериологическом исследовании содержимого ротоглотки у 70% детей была обнаружена кокковая флора (золотистый стафилококк — 46%, гемолитический стрептококк — 26%), у 13% детей выявлена грамм-отрицательная флора (кишечная палочка — 10%, протей — 3%).

Соответсвенно диагнозу, лечение проводилось комплексное — санация очагов хронической инфекции, лечение выявленной инфекции — этиотропное, лечение у специалистов как консервативное, так и оперативное, коррекция функциональных нарушений центральной нервной системы (сосудистые препараты, ноотропы и др.).

В результате проведенного лечения длительный субфебрилитет исчез у 93% (119) детей, у 7% (10) детей повышенная температура сохранялась, что объяснялось недостаточным восстановлением функций терморегуляционных центров нервной системы, обострением очагов хронической инфекции. При осмотре детей через 1 год жалобы на субфебрилитет имели 25% (32) детей из наблюдаемых ранее, причем температура стала ниже, менее постоянная, общее самочувствие не страдало, у 12% (16) больных субфебрилитет носил стойкий характер.

Таким образом, наиболее частой причиной длительного субфебрилитета являются латентные инфекции, очаги хронической инфекции. На фоне снижения местного и общего иммунитета, изменений нервной системы, часто обнаруживаемые у подростков, в сочетании с гормональной перестройкой организма служат, вероятно, фоном для нарушения процессов терморегуляции и поддержанию очагов хронической инфекции. Больным с синдромом длительного субфебрилитета требуется обследование на латентно протекающие инфекции и при необходимости коррекция в лечении.

Источник